Всё либеральное - бесцветно, общеразрушительно, бессодержательно

+75
22-09-2014, 01:30 • Опубл.: Apolitikus • Просм.: 6927 • Комм.: 8Статьи
Всё либеральное - бесцветно, общеразрушительно, бессодержательно
Константин Леонтьев

Новое жизнеописание Константина Леонтьева, написанное Ольгой Волкогоновой, возможно, позволит читателю лучше разобраться в логике политических «заморозков» в России.

Сегодня Константин Леонтьев (1831—1891) известен главным образом тем, что ввел в пространство российской политической мысли кредо государственников и охранителей: «Надо подморозить хоть немного Россию, чтобы она не "гнила"». Эдуард Лимонов в своей книге «Священные монстры» писал, что большевики в деле политической заморозки общества оказались более способными учениками консерватора, чем царские жандармы. В 2000-х же Леонтьев стал востребован идеологами стабильности и вертикали власти, которые в своих рассуждениях, впрочем, редко уходили дальше указанного афоризма.

Между тем за почти карикатурным образом мракобеса, врага прогресса и гуманизма скрывается фигура сложного и не до конца понятого мыслителя. Леонтьев наряду с Достоевским видел в неминуемой русской революции торжество «бесовщины»; по его мнению, никакие социальные преобразования сами по себе не могли остановить гибель вставшего на путь секуляризма европейского мира. В этом Леонтьев оказался созвучным по образу мысли своему немецкому ровеснику Фридриху Ницше. Но если последний в мире «мертвого Бога» пытался найти радикально новую духовную почву, то Леонтьев высказывался в пользу возвращения к «цветущей» средневековой сложности и строгой византийской иерархии.

Сегодня, когда наступление «нового средневековья» стало общим местом в дискуссиях футурологов, а Россию пытаются в очередной раз «подморозить», биография Леонтьева может вновь оказаться актуальным чтением. А это редко случается с книгами о философах.

«Варшавский дневник» был официальной газетой Польского края (Царства Польского). Сначала газета выходила на двух языках — польском и русском, но с 1874 года польскую часть упразднили (правда, официальная часть газеты все же оставалась двуязычной). В первое время газета успешно выполняла свое назначение и расходилась в количестве двух тысяч экземпляров, но постепенно количество подписчиков уменьшилось до ста человек. В результате в декабре 1879 года «Варшавский дневник» был передан в ведение варшавского генерал-губернатора. Чиновник, назначаемый генерал-губернатором (тогда это был Губастов), осуществлял цензуру публикуемых материалов. Редактором «Варшавского дневника» был назначен князь Николай Николаевич Голицын — человек, по словам Леонтьева, «благородный, даровитый, убежденный, твердый». Князь, историк и юрист по образованию, до этого некоторое время исполнял обязанности подольского вице-губернатора, служил в Собственной Его Императорского Величества канцелярии по делам Царства Польского, писал книги и статьи, но газетного опыта не имел.

Приезд Леонтьева казался Голицыну спасением всего дела. Он был уверен, что публицист такого уровня возродит издание. Не случайно в январе 1880 года, сразу после приезда Константина Николаевича, в газете появилась небольшая заметка: «Редакция "Варшавского дневника" приобрела дорогого сотрудника в лице К. Н. Леонтьева, автора столь известных читающей публике статей о Востоке и церковной жизни». Леонтьев, хоть и поехал в Варшаву только из-за острого безденежья, тоже воодушевился тем, что «Варшавский дневник» может занять достойное место среди периодических изданий Российской империи с читателями и подписчиками далеко за пределами Польши.

Всё либеральное - бесцветно, общеразрушительно, бессодержательно

Константин Николаевич, приехавший в Варшаву вместе со слугой Николаем, снял скромную квартиру и довольно быстро устроился на новом месте. Губастов вспоминал, что его друг, «обласканный князем и княгинею Голицыными, почуяв возможность говорить все, что хочется, принялся излагать свои воззрения на страницах "Дневника"». Действительно, в том же январском номере, где редакция приветствовала нового сотрудника, была напечатана и статья Леонтьева «Болгарские дела и "Русские ведомости"», а через день появилась первая передовица, написанная Константином Николаевичем.

В ней Леонтьев в сжатом виде изложил те мысли, которые давно оформились в его мировоззрение. Не случайно темой стал столь ненавистный ему либерализм, названный им «разрушающим злом». И следующие передовицы эту линию продолжили. Во-первых, убеждал читателей Леонтьев, либерализм безнационален и космополитичен по определению. Можно сказать «русский консерватизм», но «русский либерализм» будет уже оксюмороном, эдаким «горячим льдом». «Всё созидающее, всё охраняющее то, что создано историей народа, имеет характер более или менее обособляющий, отличительный, противополагающий одну нацию другим... Всё либеральное — бесцветно, общеразрушительно, бессодержательно в том смысле, что оно одинаково возможно везде», — писал он. Для него, сторонника плюрализма культур, общей правды для всех («свобода, равенство, братство!») не бывает, у каждой культуры — правда своя.

Во-вторых, либерализм вреден, потому что он — идеология мещанской середины, большинства. И что это за большинство! Леонтьев использовал слова Милля для его определения: «собирательная бездарность». Большинство всегда против любых крайностей (даже высоких), против любого насилия, а такой подход противоречит принципам организации общества, ведь неравенство — органично, естественно, значит, сословные общества, связанные с репрессиями, эксплуатацией, несправедливостью, больше отвечают объективным законам истории.

Либерализм проповедует свободу, но просто давать свободу, считал Леонтьев, — вредно; свобода нужна для чего-то, освобождать надо во имя новых, созидающих принципов, а такие принципы всегда стесняют, предполагают новую дисциплину, новые жертвы. Свобода же для свободы означает разрушение общества, ибо оно невозможно без ограничений и иерархии. (Но существует ли критикуемая Леонтьевым «свобода для свободы»? Это тоже «горячий лед», в реальности не встречающийся.)

Всё либеральное - бесцветно, общеразрушительно, бессодержательно
Граф Михаил Николаевич Муравьёв-Виленский

Благодаря либерализму происходит постепенное выветривание и подмывание великолепных зданий сословных государств, что уязвляло леонтьевский эстетизм, но дело было не только в культе красоты. Лучше ли стали люди, выше, полнее ли прежнего? Счастливее ли они в либеральных государствах? Константин Николаевич уверенно отвечал: «Нет! Они не стали ни лучше, ни умнее, ни счастливее!.. Они стали мельче, ничтожнее, бездарнее; ученее в массе, это правда, но зато и глупее».

Гражданское равноправие, установившееся в Европе, не сделало людей счастливее по сравнению со средневековыми горожанами или рыцарями, потому что появились новые страдания, новое зло. Какие-то бедствия были устранены, зато люди стали эмоционально впечатлительнее и требовательнее к условиям жизни — «претензий в толпе больше». И вот тут Леонтьев был прав: разные социологические опросы показывают, что субъективное ощущение себя счастливыми не зависит ни от демократичности общественного устройства, ни даже от экономического процветания — жители Панамы и Коста-Рики чувствуют себя счастливее американцев.

Общее счастье человечества вообще недостижимо, глупо даже верить в этот несбыточный идеал как во что-то реальное, — считал Леонтьев. Земная история всегда тесна для воплощения абсолюта. «Смешно служить такому идеалу, не сообразному ни с опытом истории, ни даже со всеми законами и примерами естествознания. Органическая природа живет разнообразием, антагонизмом и борьбой; она в этом антагонизме обретает единство и гармонию, а не в плоском унисоне. Если история есть лишь самое высшее проявление органической жизни на земле (с чем глубоко верующий Леонтьев, конечно, не был согласен. — Автор), то и тогда разумный реалист не должен быть ни демократом, ни прогрессистом...».

Если наличие конституции нигде еще не сделало людей добрее и нравственнее, то забвение религиозной веры не раз в истории приводило общества к анархии и падению. Начало религиозного чувства лежит в страхе Божием; жизнь в обществе без такого страха тем более невозможна: «начало христианской премудрости есть страх Божий. А за неимением страха Божия недурен страх Бисмарка, Муравьева-Виленского и императора Николая... Очень недурен этот страх!..».

Человеческие общества должны жить «смесью страха и любви»: «...священный ужас перед известными идеальными пределами; любящий страх перед некоторыми лицами... благоговение при виде даже одном иных вещественных предметов, при виде иконы, храма, утвари церковной... Вот что созидает нации, вот что их единит, ведет к победам, славе и могуществу». Сильная власть и «мистическая дисциплина» одни могут противостоять всемирному усреднению.

Леонтьев не учитывал, что страх «склеивает» общество в лучшем случае на два-три десятилетия: невозможно слишком долго бояться. (Уж на что «любящий страх» сталинского времени был «искренним» и «непритворным», но и тот закончился довольно быстро с исторической точки зрения.)

Парадоксально, но проповедь страха и жесткой иерархии в социальной жизни отнюдь не значила в случае Леонтьева отрицания значения личности. Сильное государство, по его мысли, как раз и создает гарантии для существования личности, ее безопасности. Индивидуальная свобода возможна только в государственных рамках, — Леонтьев воспевал «священное право насилия» со стороны государства, но и его роль в создании сильных личностей и героев не забывал. Консерватизм в его устах не противоречил индивидуализму, наоборот, индивидуализм становился несовместим с либеральным прогрессом.

«Государство обязано всегда быть грозным, иногда жестоким и безжалостным, потому что общество всегда и везде слишком подвижно, бедно мыслью и слишком страстно...» — писал Константин Николаевич, обосновывая необходимость стеснения для существования социума. Потому либеральная деятельность крайне вредна — она разрушает стесняющие ограничения во имя иллюзии — царства разума и правды с электрическими солнцами и телефонными линиями от Камчатки до мыса Доброй Надежды.

Леонтьев обращался к готовящим такое несбыточное будущее либералам, показывал вредность и абсурдность их деятельности: «Готовьте! Готовьте, честные граждане, готовьте будущее! Учите детей ваших роптать на власти... Учите их не любить никаких крайностей, учите набожность звать ханжеством... Готовьте, готовьте будущее! Рассылайте поскорей по народным школам анатомические атласы, чтобы крестьянские дети... узнали бы скорей, что души у человека нет нигде, а все одни нервы и нервы».

Противоядием для либерализма, был убежден Леонтьев, должна стать религиозная вера, ведь «когда веришь, тогда знаешь, во имя чего стесняешься и для чего переносишь лишения и страдания» — религия в общественной жизни подобна сердцу в организме. Пока «религия жива, все еще можно изменить и все спасти, ибо у нее на все есть ответы и на все утешения. А где нет утешений, там есть кара и принуждение, оправданные не притворными фразами "горькой необходимости" и тому подобное, а правом Божественным, вполне согласным с законами вещественной природы, ненавидящей равенство».

Такие статьи центральной ежедневной газеты Польского края не могли не обратить на себя внимания. Уже первые номера «Варшавского дневника» после назначения Голицына и изменения состава редакции были встречены ироничной критикой либеральных журналистов. Причем критиковали не только позицию газеты, но и ее профессиональный уровень, писали, что обновленный «Дневник» сух, вял и бесцветен. Вряд ли это относилось к передовицам Леонтьева, но в целом газета действительно не стала в одночасье увлекательной и живой. Число подписчиков росло, но мечты князя и Леонтьева о превращении «Дневника» в популярное, но солидное издание оказались несбыточными.

Волкогонова О. Д. Константин Леонтьев - Молодая гвардия, 2013
Постоянный адрес публикации на нашем сайте:
QR-код адреса страницы:
Внимание! Мнение авторов и комментаторов может не совпадать с мнением Администрации сайта.

Комментировать публикацию через:

  • Политикус (8)
  • Вконтакте
  • Facebook
  • @Politikus_ru
Гражданин
Нет на сайте
+3
№1 Лавр 22 сентября 2014 01:37
Конечно не всё нам. Но охранители и государственники просто остро необходимы.
Гражданин
Нет на сайте
+2
№2 U238Arne 22 сентября 2014 01:49
Либо аморально, либо противозаконно, либо приводит к ожирению.
Однозначно!

P.S.
Есть дома серия ЖЗЛ. Очень много, не считал. Но говорят(с), что в общем ок. 900 книг было выпущено.
Шикарная вещь, есличессно!
Гражданин
Нет на сайте
+6
№3 inanna.vinogradova 22 сентября 2014 01:55
УКРАИНА КАК РАЗ И СДУЛАСЬ КАК ЗДОРОВОЕ ОБЩЕСТВО ИЗ-ЗА ЭТОГО МЕЩАНСТВА... и то, что они называют духовностью, является лишь примитивным оправдательным туманом этого мещанства... Да и вообще украинское мещанство переродилось в обыкновенное жлобство... Эх, не завидую я правителям этих людей, ни настоящим, ни будущим... во всём мире сала не наберёшь, чтобы такому народу угодить... facepalm
Гражданин
Нет на сайте
+2
№4 елена мирошникова 22 сентября 2014 04:49
А кому Вы собираетесь угождать? Украинство доскакалось до того, что теперь уже сами не знают, что им надо, забыли, с чего начинали, и думают (по крайней мере некоторые из них) - а на фига мы влезли в это дерьмо? Пока не громко, но это просматривается, делаю выводы, общаясь с... даже не знаю, как их называть - друзья, недруги, бывшие друзья, короче Вы поняли.
Гражданин
Нет на сайте
+1
№5 inanna.vinogradova 22 сентября 2014 16:48
Цитата: елена мирошникова
А кому Вы собираетесь угождать?

Иногда хочется кому-нибудь угодить чисто по-человечески... немножко или множко... Но к украинскому народу это сейчас не относится...
Поразительно, что украинство (в самом плохом смысле этого слова) было угодливо лишь тем, кто их лупил и презирал... Не является ли это универсальной формулой для выстраивания с ними дальнейших взаимоотношений?
Гражданин
Нет на сайте
+2
№6 filipp.pavelko 22 сентября 2014 06:34
Про вред "либерализма" - лучше "плюшевому Диме" и его подопечным, в лице Суркова и К, рассказать и показать возможные результаты путём профилактической публичной порки, "не массовыми репрессиями" и запретом покидать Россию им и их детям пожизненно.
Гражданин
Нет на сайте
+3
№7 opri4nik 22 сентября 2014 10:45
Он верный соратник мыслей Достоевского(почитайте Дневники писателя,особенно за 1871год),православный философ-мыслитель,публицист,доказывал ,что от конституций,демократии,неограниченной свободы рамками государства и прочей либеральной лабуды ничё хорошего не выйдет,но его уже мало кто читал,а понять могли немногие,результатом чего грянули революции 1905-17годов...В то время на единицу действительно хорошего,православно-патриотического,философско-чёрносотенного издания приходилось 30-40 крикливых,демократических,лживых,промайданных,поливающих грязью всё русское,святое,и патриотические журналы и газеты утопали в море жёлтой прессы,издаваемой ушлыми жидовскими газетчиками.
Гражданин
Нет на сайте
+1
№8 kursk-444 22 сентября 2014 14:03
Сегодня, получив опыты либерализма и "демократизма" над нашим народом,
следует отметить правоту высказанных здесь мыслей...
Слёту влезать в детали этих вещей, естественно, не получится, но воспринимаются они не без интереса. Поставлю закладку
dumaet
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться или восстановить пароль от аккаунта, если Вы его забыли.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.